На главную Написать письмо
 
Библио Родина

Опрос
Как часто вы ходите в библиотеку?
Ежедневно
Раз в неделю
Раз в месяц
Раз в год
Я не хожу в библиотеку

«Душа наполнится высоким….»

Сборник сценариев для молодежи.

Цель мероприятия:

- Познакомить юных читателей с сокровищами русской дорожной поэзии;
- Прививать любовь к красивому русскому языку, к поэзии, песне.
- Воспитывать в детях патриотизм, гордость за своё отечество.

Оборудование: музыкальный центр, диск с записью песен «Степь да степь кругом», «Вот мчится тройка почтовая», «Когда я на почте служил ямщиком», «В лунном сиянье снег серебрится».

Оформление зала:
На большом ватмане нарисовать тройку с колокольчиками под дугой, на кафедре поставить колокольчик, украсить зал Павлово-Посадскими платками, свечка на столе; несколько четверостиший о тройках, написанных на альбомных листах.

Тройка мчится, тройка скачет,
Вьётся пыль из под копыт,
Колокольчик звонко плачет,
И хохочет, и визжит.

Пыль столбом крутится, вьётся
По дороге средь полей
Вихрем мчится и несётся
Тройка борзая коней.

Библиотекарь: Сегодня мы хотим пригласить вас в путешествие в русскую поэзию. Представьте себе, что вы садитесь в сани или кибитку, зазвенел колокольчик и понеслась наша тройка.

Кстати, колокольчики вешались только на почтовую тройку. На личные же тройки привешивали бубенчики – это такие металлические шарики, внутри которых были помещены дробины. Они тоже громко гремели и звенели под дугой. Но колокольчики, конечно же, славились больше. Их дарили на свадьбы, в день именин и другие праздники, Нередко на них были отлиты слова: «Кого люблю, тому дарю» и т.д. Сложились центры колокольного литья: Валдай, Касимов, Пурех-Нижегородской губернии.

В конце IX века на Нижегородской ярмарке было представлено более 70 видов колокольчиков. Да ещё каждого вида несколько размеров.
Одним из самых старинных считается колокольчик «Дар Валдая» с валдайскими колокольчиками связана легенда о Новгородском вечевом колоколе. Известно, что покорив Новгородскую республику, Иван III приказал снять с Софийского собора колокол, зовущий новгородцев на вече (собрание, на котором принимались наиболее важные решения). Колокол должны были перевезти в Москву. Но поскольку довезти его из-за распутицы и бездорожья смогли только до Валдая, царь повелел разбить колокол
1й- ученик:

Стих. К. Случевского
«Новгородское предание»

Из рода в род передавая,
Хранит народная молва
О колокольчиках Валдая
Сказаний ясные слова.

И новгородцы, не переча,
Глядели бледною толпой,
Как медный колокол их веча
По воле царской снят долой!

Сияет копий лес колючий,
Повозку царскую везут,
За нею колокол певучий
На жердях гнущихся несут.

Холмы и топи! Глушь лесная
И ту размыло… Как тут быть?
И царь, добравшись до Валдая,
Приказ дал: колокол разбить.

Разбили колокол, разбили…
Сгребли валдайцы медный сор,
И колокольчики отлили,
И отливают до сих пор.

И, быль старинную вещая,
В тиши степей, в глуши лесной,
Тот колокольчик дар Валдая
Гудит и бьётся под дугой.

2-й ученик:
И какой же русский не любит быстрой езды. Русской ли душе не любить её, когда в ней слышится что-то восторженно-чудное? Кажется, неведомая сила подхватила тебя на крыло к себе, и сам летишь, и всё летит: летят вёрсты, летят навстречу купцы на облучках своих кибиток, лежит с обеих сторон лес… Эх, тройка птица-тройка, кто тебя выдумал? Знать, у бойкого народа ты могла только родиться, в той земле, что не любит шутить, а ровнем-гладнем разметнулась на полсвета да ступой считать вёрсты, пока не зарябит тебе в очи. Немудрёный вроде ямщик: борода да рукавицы, и сидит чёрт знает на чём; а привстал да замахнулся, да затянул песню – кони вихрем, спицы в колёсах смешались в один гладкий круг, только дрогнула дорога, да вскрикнул в испуге остановившийся пешеход и вот она понеслась, понеслась, понеслась»… Не так ли и ты, Русь, что бойкая необгонимая тройка несёшься. Дымом дымится под тобою дорога, гремят мосты, всё отстаёт и остаётся позади. Эх, кони, что за кони! Вихри ли сидят в ваших головах? Чуткое ли ухо горит во всякой вашей жизни? Заслышали с вышины знакомую песню, дружно и разом напрягли медные груди и, почти не тронув копытами земли, превратились в одни вытянутые линии, летящие по воздуху, и мчится вся вдохновенная богом!..  Русь, куда ж несёшься ты? Дай ответ. Чудным звоном заливается колокольчик; гремит и становится ветром разорванный в куски воздух; летит мимо всё, что ни на есть на земли, и косясь постараниваются и дают ей дорогу другие народы и государства.

Библиотекарь:
Эти строки, несомненно, самое великое изображение русской тройки, изображение ставшее символом. Символом русской жизни, самой России… и … русской песни, песни о тройках, о ямщиках, поющих удалые и заунывные песни.
Но в великую русскую поэзию тему эту ввёл не Гоголь, а Пушкин:

3-й ученик: Сквозь волнистые туманы
Пробирается луна,
На волнистые поляны
Льёт печально свет она.

По дороге зимней, скучной
Тройка борзая бежит.
Колокольчик однозвучный
Утомительно гремит.

Что-то слышится родное
В долгих песнях ямщика:
То разгулье удалое,
То сердечная тоска…

Ни огня, ни чёртой хаты,
Глушь и снег… Навстречу мне
Только вёрсты полосаты
Попадаются одни…

Библиотекарь:
«Зимняя дорога» Пушкина впервые напечатана в 1826 году в журнале «Московский вестник». В 1831 году вышли ноты с картинкой, изображающей русскую тройку – «Зимняя дорога» музыка Алябьева, а ещё через 4 года ещё при жизни Пушкина текст песни был напечатан в «Песеннике» Гурьянова – Там печатались только те песни, которые были у всех на слуху.

Еще более знаменитая «Тройка», облетевшая всю Россию,— создание поэта-декабриста Федора Глинки:

Вот мчится тройка удалая
В Казань дорогой столбовой,
И колокольчик, дар Валдая,
Гудёт уныло под дугой.
Ямщик лихой — он встал с полночи —
Ему сгрустнулося в тиши:
И он запел про ясны очи,
Про очи девицы-души.
«Вы, очи, очи голубые,
Вы сокрушили молодца:
Зачем, о люди, люди злые!
Вы их разрознили сердца?
Теперь я горький сиротина!»
И вдруг махнул по всем по трем,
И тройкой тешился детина —
И заливался соловьем.

Вначале этот текст составлял часть другого стихотворения Федора Глинки, напечатанного в 1825 году в газете «Северная пчела».
Семь лет спустя оно было напечатано снова — в «Русском альманахе на 1832 — 1833 год», с заглавием «Тройка», с примечанием от редакции:
«Сия песня, сделавшаяся народной, в первоначальном своем виде составляла часть стихотворения Ф. Н. Глинки «Сон русского на чужбине». Она не была напечатана особо, и оттого ее пели с разными изменениями. Здесь помещается она по желанию самого сочинителя так точно, как вышла из-под изящного пера его».

Первым Верстовский положил на музыку слова Федора Глинки. Есть на эти слова музыка Ивана Рупина, написанная в 1831 году. И Александра Дюбюка. Есть и еще одна песня на эти стихи Ф. Н. Глинки. На нотах ее значится: «Колокольчик». Музыка графа М. Ю. Вильегорского, слова А. Пушкина». Очевидно, имя поэта-декабриста Федора Глинки не устраивало цензуру или издателя.

    В 1834 году в петербургском альманахе «Новоселье», как бы в ответ на «Тройку» Федора Глинки, появилась другая знаменитая «Тройка», которая так даже и была озаглавлена — «Еще тройка». Это стихотворение начинается словами:   

Тройка мчится, тройка скачет,
Вьется пыль из-под копыт;
Колокольчик звонко плачет,
И хохочет, и визжит.
По дороге голосисто
Раздается яркий звон;
То вдали отбрякнет чисто,
То застонет глухо он...

Русской степи, ночи тёмной
Поэтическая весть!
Много в ней и думы томной
И раздолья много есть.

Прянул месяц из-за тучи,
Обогнал своё кольцо
И посыпал снег зыбучий
Прямо путнику в лицо.

Кто сей путник и отколе,
И далёк ли путь ему?
По неволе иль по воле
Мчится он в ночную тьму.

Как узнать? Уж он далёко;
Месяц в облако нырнул.
И в пустой дали глубоко
Колокольчик уж уснул.

Это написал друг Пушкина, очень известный в ту пору поэт Петр Андреевич Вяземский.

С того времени «Тройки» стали появляться одна за другой. А о том, кто написал музыку этой песни, скажем позже.

В 1837 году третьестепенный петербургский стихотворец Константин Бахтурин, имевший потом отношение к возникновению либретто будущей оперы Михаила Ивановича Глинки «Руслан и Людмила», выпустил сборник стихов, в котором напечатал «Песню ямщика».

Аль опять не видать
Прежней красной доли?
Я душой сам не свой,
Сохну, как в неволе.
А бывал я удал:
С ухарскою тройкой
Понесусь и зальюсь
Песенкою бойкой.
Не кнутом
Поведем,
Только рукавицей —
И по пням,
По холмам
Мчат лошадки птицей...

Дальше  говорится, как молодец попевал да догулялся — день и ночь страдает по своей «лапушке»

Эту «Песню» в 1840 году положил на музыку славный романсист Александр Львович Гурилев. Есть на эти слова и другая — которую сочинил Николай Алексеевич Титов.

В 1839 году в Москве, в типографии Августа Семена (а не Семёна) вышел «Альманах на   1840 год Н. Анордиста».

В этом альманахе напечатаны четыре стихотворения под общим заглавием «Тройки переделанные, четыре». В них варьируются строки Пушкина, Федора Глинки и Вяземского — тут и тройка «борзых коней», и ямщик, и песня о любимой, и парафразы «очи девицы-души», и «Зачем, зачем, о люди злые, вы наш нарушили покой»...

Первая из этих «Троек» стала распространенной песней, которая живет до сих пор.

У Анордиста стихотворение начинается так:
Гремит звонок, и тройка мчится...
Но эту начальную строфу народ отбросил, и песня начинается со второй:

Вот па пути село большое —
Туда ямщик мой поглядел;
Его забилось ретивое,
И потихоньку оп запел:
«Твоя краса меня прельстила,
Теперь мне целый свет постыл;
Зачем, зачем приворожила,
Коль я душе твоей не мил!»

Кажись, мне песнью удалою
Недолго тешить ездока,
Быть может, скоро под землёю
Сокроют тело ямщика!

По мне лошадушки сгрустнятся,
Расставшись, борзые со мной,
Они уж больше не помчатся
Вдоль по дорожке столбовой.

И ты, девица молодая,
Быть может, тяжко воздохнёшь:
Кладбище часто посещая,
К моей могилке подойдёшь?

В тоске в кручинушке сердечной,
Лицо к сырой земле склоняя.
Промолвить мне: «В разлуке вечной
С тобой красавица твоя!»

Уж, говорят, его не стало,
Девица бедная в тоске,
Она безвременно увяла,
Грустя по бедном ямщике.

Из текста не ясно, почему девица, которая ямщика не любила, безвременно увядает в тоске по нём. И понятно, что в народно-песенном варианте эта строфа тоже отброшена.
Литературный источник песни в продолжение долгого времени был неизвестен. Его установил уже в наше время замечательный знаток русской поэзии и народно­поэтического творчества Иван Никанорович Розанов. Но разгадать секрет фамилии Анордист не смог. По его мнению, весь альманах — в нем более трехсот страниц — заключает в себе сочинения одного автора. Видимо, так и есть. И, вернее всего, что Н. Анордист — псевдоним. Однако составитель великолепного библиографического труда «Русская поэзия в отечественной музыке» Г. К. Иванов указывает, что Анордиста звали Иваном. Это извлечено им из нот. Но каким образом Н. Анордист стал Иваном, покуда не установлено (Радостин).
К числу популярнейших «Троек» относится и «Тройка» ныне никому неизвестного, а когда-то в 19 веке очень популярного стихотворца Василия Чуевского:

Пыль столбом кружится въётся
По дороге меж полей,
Вихрем мчится и несётся
Тройка борзая коней.

А ямщик, разгульный малый,
Шапку на ухо надел
И с присвистом разудалый,
Песню громкую запел.

Соловьём он заливался
Из дали, глуши степной,
С песней русскою сливался
Колокольчик заливной.

Долго, долго пыль кружилась,
Долго песню слушал я,
И от песни сердце билось
Так тревожно у меня…

Эту песню, и песню на стихи Анордиета (Радостина) «Вот на пути село большое» написал Пётр Петрович Булахов – старший сын великолепного московского оперного певца Петра Александровича Булахова (сам он тоже известен как сочинитель музыки, например: «Во поле берёза стояла»). Другой его сын Павел Петрович, тоже оперный певец, сочинил музыку к «Тройке» Вяземского. Так что, семья Булаховых сочинила получается несколько песенных троек.
Таинственный Н.Анордист начал своё стихотворение строкой «Гремит звонок, и тройка мчится». Другой безвестный поэт – Григорий Малышев начал своё почти так же: «Звенит звонок, и тройка мчится». На сходство этих начал первым обратил внимание тот же Иван Никанорович Розанов.
Анордист написал стихотворение грустное. Малышев пишет о мгновении радостном. Пятнадцать лет не был дома молодой воин, и неожиданно входит, неузнаваемый, в круг родных, и открывает себя. Называется стихотворение «Свидание через пятнадцать лет».

Звенит звонок, и тройка мчится.
Несётся пыль по столбовой.
На крыльях радости стремится
В дом кровных воин молодой.

Он с ними юношей расстался,
Пятнадцать лет в разлуке жил,
В чужих землях с врагами дрался,
Царю, Отечеству служил.

И вот в глазах село родное,
На храме божьем крест горит!
Забилось сердце ретивое,
Слеза невольная блестит.

Звонок замолк, и пар клубится
С коней ретивых, удалых.
Нежданный гость под кров стучится,
Внезапно входит в круг родных.

Его родные не узнали,
Переменились в нём черты;
И все невольно вопрошали:
«Скажи, служивый, кто же ты?»

Я вам принёс письмо от сына,
Здоров он, шлёт со мной поклон;
Такого ж вида, роста, чина,
И я точь – в точь, две капли – он!...

– «Наш сын! Наш брат!» – тогда вскричали
Родные, кровные его:
В слезах, в восторге обнимали
Родного гостя своего.

Книжечка стихотворений Малышева появилась в 1848 году. Профессиональным поэтом он не был. Солдатский сын, он сам служил в армии, а потом состоял регентом при петербургской Придворной певческой капелле. Книжке стихов предпослано предисловие, из которого узнаем, что семи лет Малышев был разлучен с родными и отдан «в казенное заведение», а достигнув семнадцати лет, участвовал в турецкой войне, а позже - в польской кампании. Очевидно, в стихотворении рассказана судьба самого Малышева. Если он был оторван от семьи в семилетнем возрасте, десять лет обучался, а потом участвовал в двух кампаниях, то прошло около пятнадцати лет, и родные, в самом деле, могли его не узнать. Можно допустить, что «Свидание через пятнадцать лет» писано под живым впечатлением встречи еще в 1830-х годах. И что не Малышев у Анордиста, а Анордист у Малышева позаимствовал конструкцию первой строки, тем более что сам Анордист заверил читателей, что его «Тройки» представляют «переделку» общеизвестных, другими словами, заключают в себе отголоски чужих сочинении. Начав строкой «Звенит звонок, и тройка мчится», Малышев снова закончил стихотворение тройкой:

Звенит звонок. Ямщик несется
В обратный путь уже один;
И снова песня раздается
Вдали чуть слышно: динь, динь, динь

Кто же написал музыку на эти слова?
Думаю, что коль скоро Малышев служил регентом в Придворной капелле, то, наверное, сам сочинил и музыку.
К циклу лучших песен о тройках нужно отнести знаменитую «Однозвучно гремит колокольчик», слова которой сочинил И. Макаров. Об этом поэте до самого последнего времени мы не знали ничего ровно, кроме фамилии. Да и та установлена только в 1930-х годах.
Но в последнее время пермский филолог Александр Кузьмич Шарц обнаружил в Пермском облархиве интереснейшие материалы и выяснил, что – Макаров был кре­постным помещика Всеволожского, что родился он в 1821 году в семье ямщика, который служил на почте. В детстве будущий поэт постоянно ездил с отцом и хорошо знал ямщицкую жизнь и ямщицкие песни. Отец Макарова умер в дороге — замерз.
Услыхав, что молодой Макаров пишет стихи, помещик отдал его в солдаты. Но и в солдатах его наказали. За самовольную отлучку домой определили ямщиком в конвойную роту, которая сопровождала ссыльных, шедших по этапу в Сибирь. В 1852 году, в возрасте 31 года, Макаров умер. Так же, как и отец. Замерз в дороге. В его мешке обнаружили рукописи — это были его стихи.
Судьба Макарова, легла в основу стихотворного рассказа И.З. Сурикова.

Степь да степь кругом,
Путь далек лежит,
В той степи глухой
Умирал ямщик...

И набравшись сил
Чуя смертный час
Он товарищу
Отдавал наказ:

«Вижу, смерть моя
Здесь, в степи сразит, –
Не попомни, друг,
Злых моих обид.

Схорани меня
Здесь, в степи глухой;
Вороных коней
Отведи домой.

Отведи домой,
Сдай их батюшке;
Отнеси поклон
Старой матушке.

Молодой жене
Ты скажи, друг мой,
Чтоб меня она
Не ждала домой…

Передай словцо
Ей прощальное
И отдай кольцо
Обручальное.

Пусть она по мне
Не печалится
С тем, кто по сердцу,
Обвенчается!»

Замолчал ямщик,
Слеза катится…
А в степи глухой
Вьюга плачется

Голосит она,
В степи стон стоит,
Та же песня в ней
Ямщика звучит

«Как простор степной
Широко-велик,
Как в степи глухой
Умирал ямщик»

Песню на суриковские слова написал С.П. Садовский. Интересно, что других изданных песен у этого композитора нет: «Степь да степь кругом» — единственное зарегистрированное его произведение.
Это уже конец 1860-х годов. Вслед за Суриковым о трагедии ямщика рассказал ярославский поэт-демократ Леонид Николаевич Трефолев в стихотворении, которое так и называется «Ямщик». Ипредставляет собою перевод из польского поэта Владислава Сырокомли (псевдоним, под которым печатался поэт Людовиг Кондратович).
В балладе рассказывается о компании ямщиков, которые удивлены мрачностью одного из них:

«Не тешит тебя колокольчик подчас,
И девки не тешат. В печали
Два года живёшь ты, приятель, у нас, –
Весёлым тебя не встречали.»

«Когда я на почте служил ямщиком,
Был молод, имел я силёнку
И был я с трудом подневольным знаком,
Замучила страшная гонка.

Друзей было много. Смотритель не злой;
Мы с ним побратилися даже.
А лошади! Свистну – помчатся стрелой…
Держися, седок, в экипаже!

В соседнем селе полюбил я одну
Девицу. Любил не на шутку;
Куда ни поеду, куда не пойду,
А к ней заверну на минутку.

Раз ночью смотритель даёт мне приказ:
«Живей отвези эстафету!»
Тогда непогода стояла у нас,
На небе ни звёздочки нету.

Смотрителя тихо, сквозь зубы, браня
И злую ямщицкую долю,
Схватил я пакет и, вскочив на коня,
Помчался по снежному полю.

Средь посвистов бури услышал я стон,
И кто-то о помощи просит,
И снежными хлопьями с разных сторон
Кого-то в сугробах заносит…

Библиотекарь: Ямщик хотел повернуть коня на стон, но, вспомнив о срочном пакете, решает быстрее подъехать на обратном пути.

И вот на рассвете я еду назад
По-прежнему страшно мне стало.
И как колокольчик разбитый не в лад
В груди моё сердце стучало.

Мой конь испугался пред третьей верстой
И гриву вскосматил сердито.
Там тело лежало, холстиной простой
Да снежным покровом покрыто.

Я снег отряхнул – и невесты моей
Увидел потухшие очи…
Налейте вина мне, налейте скорей
Рассказывать дальше нет мочи.

Библиотекарь:
Глубоко и совершенно по новому «повернул» эту тему в одном из своих ранних стихотворений – 1846 года – Николай Алексеевич Некрасов. В его стихотворении «Тройка» не ямщик, погоняющий тройку, поёт о своей любимой, – тут поэт говорит о судьбе девушки, сердце которой забилось при виде тройки, уносящей красавца-корнета:

Что ты жадно глядишь на дорогу
В стороне от веселых подруг?
Знать, забило сердечко тревогу –
Всё лицо твоё вспыхнуло вдруг…

И зачем ты бежишь торопливо
За промчавшейся тройкой вослед?
На тебя, подбоченясь красиво,
Загляделся проезжий корнет.

На тебя заглядеться не диво,
Полюбить тебя всякий не прочь:
Вьётся алая лента игриво
В волосах твоих, чёрных как ночь

Взгляд один чернобровой дикарки.
Полный чар, зажигающих кровь,
Старика разорит на подарки,
В сердце юноши кинет любовь.

Некрасовское стихотворение – это предсказание её трагической беспросветной судьбы.

Завязавши под мышки передник,
Перевяжешь уродливо грудь,
Будет бить тебя муж-привередник
И свекровь в три погибели гнуть.

От работы и чёрной и трудной
Отцветёшь, не успевши расцвесть,
Погрузишься ты в сон непробудный,
Будешь нянчить, работать и есть.

И в лице твоём, полном движенья,
Полном жизни – появится вдруг
Выраженье тупого терпенья
И бессмысленный, вечный испуг.

Не гляди же с тоской на дорогу,
И за тройкой вослед не спеши,
И тоскливую в сердце тревогу
Поскорей навсегда заглуши!

Не нагнать тебе бешеной тройки:
Кони крепки, и сыты, и бойки, –
И ямщик под хмельком, и к другой
Мчится вихрем корнет молодой.

Это стихотворение тоже было положено на музыку многими композиторами и пели его и Обухова, и Максакова.
Но в путешествиях на тройках случались иногда и курьёзные случаи.
Об одном из них Некрасов и рассказывает:

Дело под вечер, зимой,
И морозец знатный.
По дороге столбовой
Едет парень молодой,
Ямщичок обратный.

Не спешит, трусит слегка;
Лошади не слабы,
Да дорога не гладка –
Рытвины, ухабы.

Нагоняет ямщичок
Вожака с медведем:
«Посади нас, паренёк,
Веселей доедем!»

– «Что ты? С мишкой?» – «Ничего!»
Он у нас смиренный,
Лишний шкалик за него
Поднесу, почтенный!»

– «Ну, садитесь!» – Посадил
Бородач медведя.
Сел и сам – и потрусил
Полегоньку Федя…

Видит Трифон кабачок,
Приглашает Федю.
«Подожди ты на часок!» –
Говорит медведю.

И пошли. Медведь смирён, –
Видно стар годами,
Только лапу лижет он
Да звенит цепями…

Час проходит – нет ребят.
То-то выпьют лихо!
Но привычные стоят
Лошадёнки тихо.

Свечерело. Дрожь в конях,
Стужа злее на ночь;
Заворочался в санях
Михайло Иваныч,

Кони дёрнули; стряслась
Тут беда большая:
Рявкнул Мишка! – понеслась
Тройка как шальная!

Колокольчик услыхал,
Выбежал Федюха,
Да напрасно – не догнал!
Экая поруха!

Быстро, бешено неслась
Тройка – и не диво:
На ухабе всякий раз
Зверь рычал ретиво;

Только стон кругом стоял:
«Очищай дорогу!
Сам Таптыгин – генерал
Едет на берлогу!»

Вздрогнет встречный мужичок,
Жутко станет бабе,
Как мохнатый седачок
Рявкнет на ухабе.

А коням подавно страх –
Не передохнули!
Вёрст пятнадцать на весь мах,
Бедные, отдули!

Прямо к станции летит
Тройка удалая.
Проезжающий сидит
Головой мотая;

Ладит выдернуть кольцо.
Вот и стала тройка:
Сам смотритель на крыльцо
Выбегает бойко.

Видит, ноги в сапогах
И медвежья шуба,
Не заметил в попыхах,
Что с железом губа.

Не подумал: где ямщик
От коней гуляет?
Видит – барин матулек,
«Генерал», – смекает.

Поспешил фуражку снять:
«Здравия желаю!
Что угодно приказать,
Водки или чаю?»

Хочет барину помочь
Юркий старичишка.
Тут во всю медвежью мочь
Заревел наш мишка!

И смотритель отскочил:
«Господи помилуй!
Сорок лет я прослужил
Верой, правдой, силой;

Много видел на тракту
Генералов строгих.
Нет ребра, зубов во рту
Не хватает многих.

А такого не видал.
Господи Иисусе!
Небывалый генерал,
Видно, в новом вкусе!...»

Прибежали ямщики,
Подивились тоже:
Видят – дело не с руки,
Что-то тут негоже!

Собрался честной народ,
Всё село в тревоге:
«Генерал в санях ревёт
Как медведь в берлоге!»

Трус бежит, а кто смелей,
Те – потехи ради
Жмутся около саней,
А смотритель сзади.

Струсил, издали кричит:
«В избу не хотите ль?»
Мишка вновь как зарычит…
Убежал смотритель!

Оробел и убежал
И со всею свитой…
Два часа в санях лежал
Генерал сердитый.

Прибежали той порой
Ямщик и вожатый;
Вразумил народ честной
Трифон бородатый.

И Топтыгина прогнал
Из саней дубиной…
А смотритель обругал
Ямщика скотиной…

Среди русских народных песен – элегических и удалых – песням о тройках принадлежит особое место. Это – песни о песнях. Их поют ямщики, повествующие о своей горькой доле или раскрывающие богатства своей души. В их лице поет сам народ. Это — песни народные о народе.
Бесконечная тема!.. К ней причастны Пушкин, Гоголь, Некрасов, Блок... Посвящая России одно из самых своих великих стихотворений, Блок вспомнил — песню ямщика, и «дорожную даль», и тройку:

Опять, как в годы золотые,
Три стертых треплются шлеи,
И вязнут спицы росписные
В расхлябанные колеи...

«Дайте мне тройку быстрых как вихрь коней, садись, мой ямщик, звени, мой колокольчик, взвейтеся, кони, и несите меня с этого света»,— это Блок цитирует Гоголя. И пишет, что в образе тройки, как ослепительное видение в кратком творческом сне, сверкнула Гоголю будущая Россия:
Их насчитывается более ста — русских «Троек»: «Вихрем на гору несется», и «Впрягай, ямщик, скорее тройку», и «Тройка, тройка, сколько забвенья даришь», и «Гай да тройка, снег пушистый», и «На последнюю пятерку найму тройку лошадей», и знаменитая «Ямщик, не гони лошадей»... Даже из первых строк нетрудно понять, что это песни уже не о ямщиках, а о седоках. Возникли они в конце 19-го — начале 20-го столетия, в большей своей части это песни эстрадные, имеющие мало общего с теми, подлинно народными песнями, которые созданы в XIX веке и распеваются до сих пор.
Удивительно!.. В наш век автомашин, летательных аппаратов, движущихся быстрее звука, космических кораблей, когда тройка уже никого не удивит быстротой, песни про тройку по-прежнему удивляют. И радуют. И заставляют задуматься. А иногда погрустить.
...Что ж! Это свойство поэзии истинной — она всегда современна, ибо в песнях о тройке вылился русский национальный характер, явилась душа народа, весь жар, весь размет его чувств. И хоть нет уже ни той жизни, ни троек, ни ямщиков, ни проезжих корнетов, песня живет и звучит над миром и, как сказано у Гоголя, вьется около сердца.

Список использованной литературы и аудиоматериалов

Андроников И.Л. Собрание сочинений в 3-х т. – М.: Худож. лит., 1980 – т. 2. 1981. – С. – 94-107

Князева О.А. Маханева М.Д. Приобщение детей к истокам русской народной культуры – СПб.: Детство – Пресс, 2000. – с. 175-181

«Русские песни и романсы». – М.: Худож. лит., 1989

 «Русская поэзия детям». – Л.: Советский писатель, 1989

Леонид Крайнов-Рытов  «Колокольчик звенит – унывать не велит» // Родина. – 2003. - № 3. – С. 100-101.

Ольга Куранова «Колокольчики с бубенцами» // Родина, 2001. - № 12. – С. 66-69

Астафьев В.П., Колобов Е.В. «Созвучие». – М.: Иркутск: Издатель Сапронов, 2004 – CD-диск  

Библиотека духовного возрождения “ Надежда”
Филиал № 3

Среди гоголевских героев

Литературная гостиная, посвященная 200-летию Н.В.Гоголя

Оформление помещения:

     Передняя стена читального зала библиотеки оформлена сценической занавесью. На одной стороне занавеса висит портрет Гоголя, под ним - ваза с живыми цветами; по центру- выставка книг о писателе «Великий художник слова» - к 200-летию Н.В.Гоголя. На стене размещены высказывания русских писателей о Гоголе и девиз его жизни – «Служить Родине, родному народу»
На левой стене размещена декорация ночного окна со звездами и висящим над ними месяцем. Под окном – скамейка.
Для лучшего восприятия – сделан слайд фильм из 80-ти кадров, иллюстрирующих биографию и произведения писателя.
Использованы фрагменты мультфильма «Ночь перед рождеством» со сценами колядок и народных гуляний.

Цели и задачи:

     Напомнить юным читателям страницы прочитанных гоголевских книг. Познакомить с интересными фактами из биографии писателя. Воспитывать у юношества любовь к Родине, к русскому языку, к красоте родной природы.

Оборудование:

     Компьютер полной комплектации для демонстрации слайдов и просмотра фильма

Участники:

1 ведущий (библиотекарь)
3 чтеца (старшеклассники)
4 артиста из самодеятельного театра

Ведущий:  Не случайно в этом году мы особое внимание уделили Н.В.Гоголю. 2009 год- объявлен ЮНЕСКО – годом Гоголя. Мы все вместе отмечаем 200–летний юбилей со дня рождения самого загадочного и неразгаданного писателя русской литературы. Подготовка к этой дате определена на государственном уровне – ещё в 2007 году президент Российской Федерации В. В. Путин подписал Указ «О праздновании 200-летия со дня рождения Н.В. Гоголя». Российская пресса и телевидение представило на суд зрителей и читателей много телепрограмм и журналистских публикаций. К юбилею писателя вышел на экраны страны новый фильм, снятый по   мотивам повести Гоголя «Тарас Бульба». Российское телевидение подготовило к юбилею писателя показ экранизаций его произведений.

Н.В. Гоголь родился 1 апреля 1809г. в д. Васильевка, что под Сорочинцами Полтавской губернии. Родители его, оба молодые, талантливые, с детства любящие друг друга, жили очень дружно, были гостеприимными хозяевами. В их небогатом доме часто собирались соседи, дальние родственники, в т.ч. и вельможа на покое Трощинский, у которого Василий Афанасьевич (отец Н.В.) служил управляющим. Бывали в их доме и литератор Дмитрий Котляровский, и поэт Василий Капнист. Отец Гоголя сам был остроумным рассказчиком, писал комические сценки и пьесы, которые разыгрывались в домашнем театре Трощинского.

Десяти лет Никоша (так звали будущего писателя в семье, где, кроме него еще было четыре сестры) был отдан в Полтавское училище, а через 2 года переведен в открывшуюся Нежинскую гимназию высших наук «Мало чему научился я в гимназии, но в эти годы открылись у меня две страсти: книги и театр».Кстати, Гоголь не только сам любил читать и тратил все свои скудные деньги на книги, он сговорился с ребятами, и они вскладчину выписывали московские и петербургские журналы, новые печатающиеся книги. Друзья, любители чтения, избрали Гоголя библиотекарем.

Его страсть к театру тоже стала общей для его однокашников. Они организовали свой театр, в котором сами рисовали декорации, мастерили костюмы, разыгрывали пьесы. Гоголь был прекрасным актером. Многим запомнился он в роли няни из пьесы И. А.Крылова «Урок дочкам», госпожи Простаковой из Фонвизинского «Недоросля» и какого-то старичка(почти без текста), над которым долго хохотали все зрители.

В 1825г. умер Василий Афанасьевич. Мать – Мария Ивановна горячо любившая мужа и не представлявшая свою жизнь без него, долгое время сама была на грани смерти: она отказалась от пищи, совсем не вставала с постели и даже маленькие дочки не могли вернуть ей желание жить. И только мысли о сыне, о своем 16-ти летним любимце, заставили эту 33-летнюю женщину выжить, и вся жизнь ее была исполнена самоотвержения в любви к сыну своему.
После окончания гимназии в1828г. Гоголь полгода прожил дома в Васильевке.
Материальное положение семьи было настолько ужасно, что Мария Ивановна вынуждена была перезаложить Васильевку, чтобы выручить хоть какие-нибудь деньги и отправить Никошу в Петербург учиться. В письме к дяде Косяровскому ещё до окончания гимназии Гоголь писал: »Более всего в юстиции буду я истинно полезен для общества. Неправосудие – величайшее в мире несчастие – более всего разрывало моё  сердце. Я кипел желанием сделать свою жизнь нужною для блага государства».

Службу в Петербурге найти не удавалось несмотря на рекомендательные письма и протекции; деньги таяли, нестерпимый холод, особенно ощутимый из-за того, что всю зиму пришлось «отхаживать в летней шинели» (по выражению само Гоголя.). Вдобавок ко всему, изданная под псевдонимом В. Алов поэма Гоголя «Ганс Кюхельгартен» не только не принесла славы автору, более того критик Н. Полевой в журнале «Московский телеграф» указал ненужность поэмы. Гоголь в отчаянии бросился по лавкам и скупил все ещё непроданные экземпляры и уничтожил их. Что при этом должен был пережить до болезненности впечатлительный юноша, нетрудно догадаться.  На деньги, которые мать собрала, чтобы заплатить проценты по закладной разоряющегося имения были растрачены. Летом Гоголь уезжает за границу, написав матери покаянное письмо, в котором пишет: «Этот перелом необходим для меня, он непременно образует меня, мой дурной характер, испорченный и избалованный нрав. Мне нужно переделать себя, переродиться, оживиться новою жизнью, расцвесть силою души в вечном труде и деятельности.». Осенью он вернулся в Петербург – так же таинственно и неожиданно как уехал. Снова начинаются поиски службы. Гоголь даже пробовался актером в театр, но его не взяли.

На службу в канцелярию в одном из департаментов Гоголь был принят только в апреле 1830 года. Теперь его день строго распределен.

«В 9 часов утра отправляюсь я каждый день в свою должность и прибываю там до 3 часов; в половине четвертого я обедаю, после 5 часов отправляюсь в класс, в академию художеств, где занимаюсь живописью, которую я никак не в состоянии оставить,- тем боле, что здесь есть все средства совершенствоваться в ней, и все они, кроме труда и старания ничего не требуют», - пишет он в письме матери.

«В 7 часов прихожу домой, иду к кому-нибудь из своих знакомых, которых у меня немало. Верите ли, что одних однокорытников моих из Нежина до 25 человек».

Молодые люди собираются по очереди то у одного, то у другого. Кто-то поет малороссийские песни , кто-то читает свои стихи, в уголке молодой художник, ученик А.Г. Веницианова, великого живописца и профессора академии, и набрасывает в альбом портреты. Ничего не ускользает от внимания Николая Васильевича, всё найдет своё место в его будущих повестях: и Невский проспект, являющийся всеобщей коммуникацией Петербурга, и на котором в три часа по полудни вдруг наступает весна – весь он покрывается чиновниками в зелёных вицмундирах; и комната художника из будущей повести «Портрет», и даже его, «Никошина» худенькая шинель, описанная им в одноименной повести.

Запомнит Гоголь присутственное место, где «чиновник для письма, этакая крыса, пером только- тр.. тр.. пошел писать».  Как пишет Гоголь  «Ревизоре» жизненные впечатления станут основой произведений, которые пока даже не задуманы. И самое главное, несмотря на неудачу с первой поэмой, Гоголь продолжает писать. Ещё в Нежине он завел большую конторскую книгу, которую назвал «Книгой всякой всячины, или Подручная энциклопедия»

В Письмах к матери он задает ей кучу вопросов о деревенской украинской жизни, о разных бытовых сценках или  каких – либо небылицах. Первый рассказ. Который войдет потом в цикл «Вечеров на хуторе близ Диканьки», «Басаврюк, или Вечер  накануне Ивана Купала» и был напечатан в феврале – марте 1830 года в журнале «Отечественные записки».

Гоголь познакомился с издателем Плетневым, с В.Ф. Одоевскмим – писателем, философом и музыкантом, с поэтом и воспитателем наследника престола – Жуковским В.А. и со своим кумиром- А.С. Пушкиным. Между ними завязываются дружеские отношения и летом 1831 года Гоголь, Жуковский и Пушкин живут в Павловске и собираются каждый день. Причём, несмотря на разницу в возрасте – Жуковский  был старше Гоголя на 26 лет и его особенное положение, они были на «ты», и дальше по жизни очень дружили. Николай Васильевич считал Пушкина своим наставником и советчиком: «Ничего не предпринимал , ничего не писал я без его совета. Всё , что у меня есть хорошего, я обязан ему». И Пушкин, в свою очередь уже о Гоголе писал: «Вечера на хуторе близ Диканьки изумили меня. Вот настоящая весёлость, искренняя, непринужденная, без жеманства, без чопорности. А местами какая поэзия! Какая чувствительность! Всё это так необыкновенно в нашей нынешней литературе, что я доселе не образумился!».
Сказочные, фантастические сюжеты наполнены игрою парубков, гордой свободой девушек, народной поэзией и великолепнейшими, изумительнейшими описаниями природы:

 1-й Чтец:         

Знаете ли вы украинскую ночь? О, вы не знаете украинской ночи! Всмотритесь в неё. С середины неба глядит месяц. Необъятный небесный свод раздался, раздвинулся ещё необъятнее. Горит  дышит он. Земля вся в серебряном свете: и чудный воздух и прохладно -душен, и полон неги, и движет океан благоуханий. Божественная ночь! Очаровательная ночь! Недвижно, вдохновенно стали леса, полные мрака, и кинули огромную тень от себя. Тихи и покойны эти пруды; холод и мрак вод их угрюмо заключен в темно-зеленые стены садов. Девственные чащи черемух и черешен пугливо протянули свои корни в ключевой холод и изредка лепечут листьями,  будто сердясь и негодуя, когда прекрасный ветреник ночной ветер, подкравшись мгновенно целует их. Весь ландшафт спит! А вверху всё дышит, всё дивно, всё торжественно. А на душе и необъятно, и чудно, и толпы серебряных видений стройно возникают в её глубине. Божественная ночь! И вдруг всё ожило: и леса, и пруды, и степи. Сыплется величественный гром украинского соловья, и чудится, что и месяц заслушался его посередине неба…

В «Вечерах на хуторе…» очень часто смешивается пространство и время, смешивается добро и зло. Н зло всегда слабее добра, оно не может победить. Черт не всесилен, он даже не страшен тому, кто благороден и добр. Дьявол прельщает людей богатством, легкой победой над препятствиями. Но человек оказывается хитрее и смелее черта: заставил же Вакула чёрта лететь в Петербург и просить у царицы черевички.

Демонстрация 2-х фрагментов мультфильма «Ночь перед Рождеством» со сценами народного гуляния под аккомпанемент народной музыки и пения  колядок.

2-йЧтец(«Рождественские колядки»)

В то время, когда проворный франт с хвостом и козлиною бородой летал из трубы и потом снова в трубу, висевшая у него а перевязи при боку ладунка, в которую он спрятал украденный месяц, как-то нечаянно зацепившись а печке, растворилась, и месяц, пользуясь этим случаем, вылетел через трубу Солохиной хаты и плавно поднялся по небу. Всё осветилось. Метели как не бывало. Снег загорелся широким серебряным полем и весь обсыпался хрустальными звездами. Мороз как бы потеплел. Толпы парубков и девушек показались с мешками. Песни зазвенели, и под редкою хатой не толпились колядующие.
Чудно блещет месяц! Трудно рассказать, как хорошо потолкаться в такую ночь между кучею хохочущих и поющих девушек и между парубками, готовыми на все шутки и выдумки, какие только может внушить весело смеющаяся ночь. Под плотным кожухом тепло; от мороза ещё живее горят щеки, а на шалости сам  лукавый подталкивает сзади.
Кучи девушек с мешками вломились в хату Чуба, окружили Оксану.
ИНСЦЕНИРОВКА  (Диалог Вакулы и Оксаны)

    Э, Одарка! — сказала веселая красавица, оборотившись к одной из девушек,— у тебя новые черевики! Ах, какие хоро­шие! и с золотом! Хорошо тебе, Одарка, у тебя есть такой чело­век, который всё тебе покупает; а мне некому достать такие славные черевики.
—   Не  тужи,   моя   ненаглядная   Оксана! — подхватил   кузнец,— я тебе достану такие черевики, какие редкая панночка носит.
—   Ты? — сказала, скоро и надменно поглядев на него, Окса­на.— Посмотрю я, где ты достанешь черевики, которые могла бы я надеть на свою ногу. Разве принесешь те самые, которые носит царица.
—   Видишь, каких захотела!— закричала со смехом девичья толпа.
—   Да,— продолжала гордо красавица,— будьте все вы сви­детельницы: если кузнец Вакула принесет те самые черевики, которые носит царица, то вот мое слово, что выйду тот же час за него замуж.
Девушки увели с собою капризную красавицу.
—   Смейся, смейся! — говорил кузнец, выходя вслед за ними.— Я сам смеюсь над собою! Думаю и не могу а. Слава богу, девчат много хороших и без нее на селе. Да что Оксана?
С нее никогда неё будет доброй хозяйки; она только мастерица рядиться. Нет, полно, пора перестать дурачиться.
Как вкопанный стоял кузнец на одном месте. «Нет, не могу; нет сил больше...— произнес он наконец.— Но боже ты мой, отчего она так чертовски хороша? Ее взгляд, и речи, и всё, ну вот так и жжет, так и жжет... Нет, невмочь уже пересилить себя! Пора положить конец всему: пропадай душа, пойду утоплюсь в прорубе, и поминай как звали!»
Тут решительным шагом пошел он вперед, догнал толпу, поравнялся с Оксаною и сказал твердым голосом:
—   Прощай, Оксана! Ищи себе какого хочешь жениха, дурачь кого хочешь; а меня не увидишь уже больше на этом свете
Красавица казалась удивленною, хотела что-то сказать, но кузнец махнул рукою и убежал.
—   Куда, Вакула? — кричали парубки, видя бегущего куз­неца.
—   Прощайте, братцы! — кричал в ответ кузнец.—    Даст бог, увидимся на том свете; а на этом уже не гулять нам вместе. Прощайте, не поминайте лихом!
 
Ведущий:
После «Вечеров» Гоголь принимается за более крупное произведение, связанное с историей Украины.
Дело в том, что писчим чиновником в департаменте Гоголь был очень недолго, и в 1831 году он попробовал себя в роли преподавателя истории.
Окунувшись с головой в работу над повестью «Тарас Бульба», Гоголь уходить и с этой работы. Зато и повесть получилась яркая, героическая. С красивыми живыми характерами. Именно в борьбе за свободу родной стороны от ляхов, за православную веру и выковывается настоящий русский характер, могучий, широкого размаха и недюжинной силы. «Да разве найдутся на свете такие огни и муки, и такая сила, которая бы пересилила бы русскую силу! »

Собирая четыре повести в сборник «Миргород», Гоголь как бы противопоставляет повесть «Старосветские помещики»  с её мерной и скучной жизнью и героев «Тараса Бульбы», которые погибая, отдают свою жизнь за Родину. А во второй части сборника фантастический «Вий» противопоставлен другой повести «Как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем». И если герой «Вия» Хома Брут борется с тёмной нечистой силой, то жизнь  Ивана Ивановича и Ивана Никифоровича проходит в борьбе друг с другом за то, что один не уступил другому ружьё, а обидевшись на прилипчивого соседа обозвал его гусаком.

Бывшие друзья судятся сколько уж лет из-за пустяка, нешуточные страсти кипят вокруг слова «гусак». И нечего не меняется в этом городе. Яркое и героическое отодвигается в прошлое. ( «Тарас Бульба»)  или в область фантастики ( «Вий»), и только в настоящем ему нет места. «Скучно на этом свете, господа!»

После «Миргорода» у Гоголя выходит цикл «Петербургских повестей». Уже упоминаемые сегодня «Невский проспект», «Портрет», «Нос», «Шинель» и «Записки сумасшедшего». «Все мы вышли из «Шинели» Гоголя» - сказал Достоевский. На самом деле, Гоголь открыл этой повестью совершенно новую область действительности – жизнь маленького человека Акакия Акакиевича Башмачкина. Он отказывал себе во всем, он справил себе, наконец-то, новую шинель, но возвращаясь от сослуживца с именин, в тот же вечер был ограблен и лишился шинели. Акакий Акакиевич умирает от обиды то ли на «значительное» лицо, или грабителей, или невозможности вернуть свою долгожданную шинель. «Зачем же показывать нам эти рубища, эти грязные лохмотья, как бы ни были искусно представлены они? – писали в газете «Северная пчела» в 1834 г. И уже другой писатель, М.Ю.Лермонтов несколько лет спустя писал по этому поводу: «Вы скажете что нравственность от этого не выигрывает. Извините. Довольно людей кормили одними сластями, у них от этого испортился желудок: нужны горькие лекарства, едкие истины. Будет и того, что болезнь указана…»

И сам Гоголь в 1 главе 2-ой части «Мертвые души» пишет: « Зачем же изображать бедность…, несовершенство нашей жизни, выкапывания людей из глуши, из отдаленных уголков государства? Что же делать, если уже такого свойства сочинитель, и, заболев собственным несовершенством, уже и не может изображать ничего другого, как только бедность, да несовершенство нашей жизни».

Мечта написать комедию жила в Гоголе давно. А Пушкин, ездивший по делам своего Пугачёва в Оренбургский край, столкнулся с тем, что генерал-губернатор перепутал его с каким – то высокопоставленным чиновником. Тут же Пушкин припомнил и эпизод, произошедший с одним из его знакомых, которого  в Одессе приняли за ревизора и надавали взяток под видом одалживаний. Сюжет Пушкина оброс Гоголевскими наблюдениями, его путешествий по маленьким уездным городкам и родилась великая комедия. Эпиграфом к пьесе Гоголь выбрал поговорку «На зеркало неча пенять, коли рожа крива». Городничий уездного города Антон Антоныч Сквозняк – Мухановский получил письмо от приятеля о том, что в городе вот-вот должен появиться ревизор, и, естественно, надо  замазать кое – какие свои грешки. И вот, в страхе за свои деяния городничий и все городское чиновничество пытаются «выглядеть» перед тем, кого они приняли за ревизора.

Хлестаков сам по себе человек ничтожной, но ему очень хочется быть важным. Судьба преподносит ему подарок: его приняли за значительное лицо, и это неожиданное приключение, заставляет самого Ивана Александровича искренне увериться в своей значительности. Он начинает врать – сначала просто потому, что надо же как-то оправдать ожидания чиновников, затем увлекается, потому что ему верят, в рот смотрят. Происходит великолепная сцена вранья.

ИНСЦЕНИРОВКА:

Из пьесы «Ревизор» (Действие 3 явление 6 «Хлестаков хвастается»)

Когда в конце пьесы почтмейстер читает письмо Хлестакова «Душке Тряпичкину» в Петербург» на Почтамтскую улицу, д.97(это, кстати адрес самого Гоголя), то оказывается всем чиновникам и даже Анне Андреевне досталось на орехи. Ничтожный писаришка высмеял всех, показал их глупость, жадность и, самое главное, страх. Гоголь писал, что в его комедии есть одно честное, благородное лицо, и лицо это – смех.
Благодаря содействию В.А.Жуковского, пьеса была поставлена в Александровском театре, в апреле 1836г. Зала была заполнена блистающей публикой, вся аристократия была на лицо, был и сам государь – император. Актеры играли совсем не так,  как хотелось Гоголю. Хлестаков казался хвастуном, городничий выходил дурак()ом. Среди публики нарастало недоумение и недовольство, было видно что происходившее на сцене страстно захватило сердца зрителей, узнавших себя. Николай I сказал после спектакля: «Ну и пьеска! Всем досталась, а мне – больше всех».
Нельзя сказать, что пьеса не имела успеха. В течении месяца в Александринке было поставлено 4 спектакля «Публика валом валит». Все пьесу бранят , обвиняя автора в наглости и цинизме, молодежь от нее в восторге, повторяя наизусть понравившиеся сцены.
Гоголь не выдерживает всего этого. Он едет за границу писать свой главный роман о России - «Мертвые души». Гоголю исполнилось на тот момент всего 27 лет.          

3-й чтец («Птица-тройка»)

И какой же русский не любит быстрой езды. Русской ли душе не любить её, когда в ней слышится что-то восторженно-чудное? Кажется, неведо­мая сила подхватила тебя на крыло к себе, и сам летишь, и всё летит: летят вёрсты, летят навстречу купцы на облучках своих кибиток, летит с обеих сторон лес... Эх, тройка птица-тройка, кто тебя выдумал? Знать, у бойкого народа ты могла только родиться, в той земле, что не любит шутить, а ровнем – гладнем разметнулась на полсвета да ступой считать вёрсты, пока не зарябит тебе в очи.   Немудрёный вроде ямщик: борода да рукавицы, и сидит чёрт знает на чём; а привстал да замахнулся, да затянул песню - кони вихрем, спицы в колёсах смешались в один гладкий круг, только дрогнула дорога, да вскрикнул в испуге остановившийся пешеход и вот она понеслась, понеслась, понеслась»... Не так ли и ты, Русь, что бойкая необгонимая тройка несёшься. Дымом дымится под тобою дорога, гремят мосты, всё отстаёт и остаётся по­зади. Эх, кони, что за кони! Вихри ли сидят в ваших головах? Чуткое ли ухо горит во всякой вашей жизни? Заслышали с вышины знакомую песню, друж­но и разом напрягли медные груди и, почти не тронув копытами земли, пре­вратились в одни вытянутые линии, летящие по воздуху, и мчится вся вдох­новенная богом!.. Русь, куда ж несёшься ты? Дай ответ. Чудным звоном за­ливается колокольчик; гремит и становится ветром разорванный в куски воз­дух; летит мимо всё, что ни на есть на земли, и косясь постараниваются и дают ей дорогу другие народы и государства.       

Он долго будет жить в Риме, в других европейских государствах, предпримет путешествие к гробу господню в Иерусалим. Четыре последних года проживет в Москве у А.П.Толстого и М.Погодина и умрет 42-х лет от воспаления мозга.
Уже при советской власти его могилу перенесут с территории Данилова монастыря на Новодевичье кладбище. Черная мраморная глыба надгробия окажется ненужной. Булгаковская Маргарита положит ее на могилу Мастера, воссоединив через время двух гениев.  
Далее проводится викторина по творчеству Н.В.Гоголя.

Список использованной литературы

1. Золотусский И. П. В свете пожара. М.: Современник, 1989г.
2. Манн Ю.В.   Поэтика гоголя. – М.: Худож. Лит., 1988.
3. Марченко Н.А. Жизнь и творчество Н.В. Гоголя. Материалы для выставки в  школе и детской библиотеке.- Ь.: Дет. Лит., 1980.
4. Молева Н.М. Гоголь в Москве, или Нераскрытые тайны старого дома.М.: АСТ: Олимп : Астрель, 2008.
5. «Литература в школе» №№ 4/ 2004, 10/ 2006, 1/ 2009, 2/ 2009.
6. «Уроки литературы»  №№ 9/2007, 11/2008, 1/2009.

Ответственный за выпуск - Корягина О.Г., зав. МБО

Составители: Кушнер Т.А., вед. библиотекарь филиала №3
Гилева В.В., вед. библиотекарь филиала №3


Мы в соцсетях

Календарь праздников



Юбилеи года



Читателям



Информация

Яндекс цитирования

 

2007-2017 © Муниципальное бюджетное учреждение культуры
"Усольская городская централизованная библиотечная система"