На главную Написать письмо
 
Библио Родина

Опрос
Как часто вы ходите в библиотеку?
Ежедневно
Раз в неделю
Раз в месяц
Раз в год
Я не хожу в библиотеку

Александр Гордин

МАМИНА СКАЗКА

1
Может быть, это я скажу,
А может быть, дождик пробежит
Босиком по крыше.
Или ветер змеем бумажным
В ветвях запутался.
Или перо поземки на дороге
Вздрагивает от моего дыхания.
Может быть, это я скажу!
А может быть,
На тоненьких нитках дождей
Земли веретено.
Или листопад просыпался в небо.
Или осень уронила слезу солнца
В зеркало Ангары.
Может быть, это я скажу…

2
О, моя Родина!
Ты выткала на краю неба
Белыми и черными нитками берез
Хрупкое пространство перелесков:
Там путешествуют весной
По моим плечам
Трудяги майские жуки.
Прозрачные деревья,
Как мысли мои,
Призрачными тенями поднимаются до неба.
В кронах их позванивает хрусталь звезд.
Пусть искры моих слов
Мгновенней, чем их листья,
Гаснущие, едва коснувшись земли.
Пусть жизнь – градинка на ладони.
Пусть вздрагиваю от слов твоих,
Начертанных в небе желтою молнией.
Я держу в руках пригоршни жемчуга
Проливных дождей и знаю:
Руки твои – руки мамы.

3
Захожу в прихожую осторожный,
Как прохожий.
Все – заново.
День начинается, как жизнь,
И кончается тоже.
И только мама – вечная!
Ее голос во мне и во всем:
- Человек тебе сделал зло,
А ты ему ответь добром…
- Что ты, мама!
Добро должно быть с кулаками!
Заговори меня, мама,
От зла. Я устал.
Я заплутал, мама, среди людей,
Как среди дерев.
Поучи, поучи меня, мама,
Я так давно не был маленьким…

4
Вот приходит сосед.
Запах теста, цветов и табака
Перемешивается с винным перегаром.
Он артистично просит трешку «на хлеб».
Мама верит.
И развязывает цветной узелок,
Где, свернувшись калачиком,
Лежат несколько усталых рублей.
Когда он уходит, мама, пряча глаза,
Тихо говорит: «Человек все же…»
И я молчу: сказать мне
В оправдание свое нечего.
Встаю.
Беру покорный плащ и ухожу
В непогоду человеческих слов.
Спокойный за всех на свете –
Ухожу.

А мир встречает меня
Маминой сказкой.
И восходит лицо человеческое
Солнышком.
День заструится жаворонком ли,
Ночь встрепенется филином ли, -
Душа зааукает
И пробудится белой пеной
Черемух в черных ручьях
собственных веток
Или взлохмаченным воробьем в луже.
И медведи стихи из листьев слагают.
Волки постигают геометрию леса
По линиям горизонтов.
Лисы веруют в религию заячьих глаз,
Как мы в глаза божественного младенца.
Даже одинокое дерево начинает звучать.
Упругая мелодия ствола меж пальцев,
То восторженных, то задумчивых –
Струится, как тело любимой.
И хочется пригоршнями
Себя расплескать по тайге,
Чтобы взойти колокольчиком,
Радостно вторя большому колоколу неба.

Весна! – Поцелуй копылухи и глухаря.
У нее лицо, проснувшегося медведя.
Она удочками,
Отражающихся в воде дерев
Ловит на наживку пятнистого хариуса
Доверчивых рыбаков.
Она подбрасывает в небо
Стаи перелетных птиц.
И на хлопки их крыльев
Лес откликается хлопками
Открывающихся почек.

Да, осветится жизнь наша
Оранжевыми свечами жарков
И желтыми бабочками лилий.
Затаите дыхание! – Одуванчик солнца
В небе ранимее, чем слово,
Слетающее с уст.
Помните: мы умеем лишь улыбаться
И плакать, улыбаться и плакать…

5
Мама, я ничего не вижу!
Дождь или слезы глаза мне застлали?!
Чему ты учишь меня? –
Мужчина должен быть сильным !
А разве может быть сильным слепой?

Говорят, жизнь проходит мимо.
Что ж, следующий шаг – последний:
Его не видеть необходимо…

Говорят, повзрослел уже сын,
А я все разговариваю с ним,
Как со взрослым.

Говорят, нужно пожить,
А я упрямо живу
И даже жив.

Говорят, нужно видеть лица,
Обманывающих тебя!
А я все боюсь прозреть…

Мама, я слушаю сказку твою
И знаю – белый свет держится
На хрупких руках людей,
Как небо на тоненьких ногах фонарей.
И значит, все будет хорошо.
Глоток воздуха и краюха луны –
Что еще нужно?
Разве что, обмолвиться взглядом
С тобой иногда:
«Здравствуй, мама!».

1987г.

ЛОСКУТЫ ТИШИНЫ
(Свод миниатюр)


Лоскут №1

Ночь.
Укрытая лоскутом тишины –
Обнажена. Листком осенним съежившись,
Сорвалась и падаешь в водоворот часов.
Вот-вот из одиноких глаз вдруг брызнет полночь…

Лоскут №2

Из глаз твоих брызнула полночь.
Наши вещи – злые вещие:
Потешаются друг над другом
И нашей любовью.
Однажды, я понял:
Деревья, напротив нашего окна, -
Большие, нахохлившиеся птицы,
Которым уже не взлететь…

Лоскут №3

Деревья – птицы, которым уже не взлететь.
И – срываю коросты слов.
И – подкинут старенькому пальто.
И – заговорен листопадом.
Пою простодырой осени
свои безголосые песни,
О горбатом трубами городе,
Об улицах с пеною рассветов на губах
Крыш, о замызганной тряпке неба.
А в ответ – тишина…
Такая, что даже слышно,
Как качается труп Есенина, повешенный
Вверх ногами в комнате моего лица…

Лоскут №4

В комнате моего лица висит труп Есенина.
За что же ты любишь
мой рот и уши, дорогая?
Через них дорога хлынула в меня!
И … сам становлюсь дорогой, над бездной
Зрачков, ромашек и дворников…
Где же ты, мой канатоходец?
Под чьей пяткой хрустнут мои глаза?

Лоскут №5

Под чьей-то пяткой хрустнули мои глаза.
Как разыскать себя?
Небо – бельмо.
Сторожишь в чьих-то стихах.
Крадешься за собой по коридорам газет.
Руками бормочешь новости
убийств и любовей.
Мня, выстрелами и поцелуями,
Сделанными из слов,
Можно исцелить от жизни.
Безглазые! К стенке лицом!
Переселение душ началось…

Лоскут №6

Переселение душ началось.
День, спадает с плеч рубашкой.
Бумажкой, срывается в клозете.
Шагаем в пропасть постели
С обрывов спин.
И спим,
Блаженно спим,
в чьем-то курином мозгу…

Лоскут №7

Спим, в чьем-то курином мозгу.
В кулаке неба – луны потрепанный рубль.
Ночь, сотканная из серых дождинок и слез,
Беззвучнее прошлогоднего яблока…

Лоскут №8

Ночь – беззвучное прошлогоднее яблоко.
Разучился играть на клавишах рощ:
Даже спеть колыбельную не умею,
Но, безнадежно, умнею –
Становлюсь на скользкую дорогу диска
И кружится, этот черный ворон, низко
В церквушке моего головообразного тела.
А в кармане моем спрятано эхо…

Лоскут №9

В кармане моем спрятано эхо.
Сколько же сделать шагов, чтобы
Стать пространством?
Странствуй сам в себе человече,
Странствуй!
Эта ночь нам порукой!
Скука…
Невозможная скука,
Даже в образе этом поэтовом!
Отчего же лицо мне его так знакомо?
Отчего…

Лоскут №10

Ночь.
Из одиноких глаз твоих брызнула полночь.
Деревья – птицы, которым уже не взлететь.
Труп Есенина висит в комнате моего лица.
Под чьей-то пяткой хрустнули мои глаза.
Началось переселение душ.
Спим еще в чьем-то курином мозгу.
И ночь – беззвучное прошлогоднее яблоко.
И в кармане моем спрятано эхо.
Отчего?

1989 год


Мы в соцсетях

Календарь праздников



Юбилеи года



Читателям



Информация

Яндекс цитирования

 

2007-2017 © Муниципальное бюджетное учреждение культуры
"Усольская городская централизованная библиотечная система"